А. Основные исследования

Предыдущая140141142143144145146147148149150151152153154155Следующая

Компаративные исследования, посвященные государству всеобщего благо­денствия, в целом представляют собой хороший пример кумулятивного ана­лиза в политической науке, убедительность которого существенно возрастает в связи с тем, что эти разработки проводились учеными разных стран. Ф. Катрайт в одной из ранних работ, оказавших большое влияние на дальнейшее развитие этой отрасли знания, сопоставил уровень экономического благосос­тояния народа со степенью развития политической демократии (Outright, 1965). Эти два фактора решающим образом воздействовали на национальные про­граммы социального страхования, причем очевидное влияние второго не шло ни в какое сравнение с первым, что усиливало тезис о том, что «политика роли не играет».

В 1973 г. Э. Кинг опубликовал две статьи, вновь опираясь на метод исследо­ваний отдельного случая. Эти статьи были посвящены проблеме размеров и сфер распространения общественного сектора в пяти развитых демократичес­ких государствах (King, 1973). На основе нескольких четко сформулированных гипотез он глубоко проанализировал и сопоставил влияние на проводимую политику таких факторов, как концентрация социальной власти, степень мо­гущества групп интересов, разделение властей, федерализм и идеология. Со-

средоточии внимание главным образом на широко известном американском принципе ограниченной исключительности правительства, Кинг показал, что социальные и институциональные условия менее значимы для объяснения изменений, происходящих в социальной политике на национальном уровне. Гораздо больше его интересовало значение долговременных идеологических различий между народами разных стран.

В трудах П.Флоры и его коллег по работе над проектом «Исторические показатели западноевропейской демократии» самое пристальное внимание уде­ляется проблемам истории и ценностей (Flora, Heidenheimer, 1981; Flora, 1986). Этот проект представляет собой важную веху в развитии отрасли. Флора и работавшие с ним специалисты сформировали большую базу данных о про­граммах социального страхования в пятнадцати европейских странах, поло­жив в основу их классификации хронологический принцип. Собранные дан­ные, самые ранние из которых относятся к XIX в., авторы сопроводили пояс­нительным текстом, в котором большое место отводится глубоко продуман­ным объяснениям эволюции внешнеполитических условий и особенностей развития политических систем. Впоследствии участие в данном проекте, осу­ществлявшемся на протяжении 70-х годов, послужило хорошей школой для многих ученых, ставших со временем ведущими специалистами этой отрасли знания (Alber, 1982).

Результаты исследований, проведенных учеными, работавшими над про­ектом «Исторические показатели западноевропейской демократии», а позже самостоятельно издававшими свои труды, столь же глубоки, сколь велика и масштабность того предприятия, в котором они принимали участие. Вместе с тем именно эти качества сильно осложняют задачу краткого изложения опуб­ликованных ими материалов. Следует отметить, что проведенные в этом на­правлении изыскания не подтверждают широковещательные заявления о том, что политические обстоятельства не имеют значения при проведении того или иного политического курса. Во-первых, итоги исследований свидетельствуют о том, что, принимая в расчет лишь экономические ресурсы, нельзя дать убедительное объяснение причин принятия тех или иных политических реше­ний. И во-вторых, благодаря подробному изложению, а также тщательному отбору статистических данных исторического характера, исследования, про­веденные в рамках проекта «Исторические показатели западноевропейской демократии», показывают, каким образом лидерство, существующие долгое время социальные различия и альтернативные институциональные соглаше­ния, бывшие почти одинаковыми в начале проведения того или иного поли­тического курса, со временем претерпевали такие изменения, что в наши дни стали характеризоваться весьма существенными различиями. Если эти выводы и не всегда могут быть доказаны применительно к большим группам стран, они убедительно подтверждаются на конкретных примерах (Kuhnie, 1981). Ра­бота, нашедшая отражение в публикациях Флоры и его коллег, существенно расширила как хронологические рамки исследования, так и подходы к объяс­нению ряда важных вопросов, поставленных ранее Г. Виленски (Wilensky, 1975). Тем не менее, результаты ее никак не укладываются в ясную, четкую, легко поддающуюся количественной обработке модель, на основе которой можно было бы просто получить исчерпывающее объяснение проблемы, к которому стремятся те, кого принято считать сторонниками политико-эконо­мического подхода.



В начале 80-х годов Ф.Каслс внес весомый вклад в изучение влияния политических различий на формирование и развитие государства всеобщего благоденствия (Castles, 1982). Помимо скрупулезного статистического анализа опыта стран-участниц Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), в его работе дан интересный критический анализ, а также углублен­ное теоретическое осмысление проблем того времени. В частности, автор отмеча­ет, что при определении степени влияния отдельных группировок в составе правительства на принимаемые им решения, необходимо учитывать классо­вые и идеологические различия, характерные для самого электората. Иначе говоря, обострение социальных разногласий, которое находит выражение в требованиях соперничающих партийных группировок и в соответствующих различиях между партиями, создает предпосылки для трансформации поли­тического курса по мере развития внутрипартийных изменений.

Работа Каслса, изданная в 1982 г., чаще всего цитируется для подтвержде­ния того факта, что степень влияния правых партий — особенно в условиях действия коалиционных правительств в Европе — имеет исключительно боль­шое значение при изменении некоторых направлений политического курса, имеющих основополагающее значение для государства всеобщего благоден­ствия. Проводившийся ранее анализ данных практической политики в значи­тельной степени был сосредоточен на определении общих параметров контроля со стороны левых сил в соответствии с представлениями о том, что мобилиза­ция рабочего класса посредством левых партий способствует ускорению про­цесса развития государства всеобщего благоденствия. Тем не менее, корреляция между составом правительства и результатами проводимого им политического курса проявилась гораздо более отчетливо, когда этот состав стал определяться по процентной доле участия в правительстве представителей правых партий (Castles, 1982, р. 73). Иначе говоря, сила сопротивления правых представляется в данном случае более важной, чем значение инициативы левых.

Данные Каслса также указывали на дифференцированное значение объяс­няющих переменных в различных областях политики в разные периоды вре­мени. В его работе подчеркивалась роль политических факторов при определе­нии курса, особенно в области социального обеспечения. Вместе с тем, при постановке проблем будущих исследований не меньшую роль, чем эмпири­ческие данные, представленные Каслсом, сыграли его теоретические сообра­жения.

Одновременно выяснилось, что цель политико-экономического направле­ния, заключавшаяся в стремлении к созданию всеобъемлющей теории, кото­рую можно было бы выразить в одном уравнении, оказалась недостижимой. Эта мысль убедительно прозвучала в работе Г. Эспинг-Андерсена, который попытался свести воедино различные направления сравнительных исследо­ваний государства всеобщего благоденствия. В этом же труде он дал интерес­ный обзор основных направлений политической экономиии от А. Смита до 80-х годов, а также подробную библиографию компаративных исследований (Esping-Andersen, 1990, ch. 1). Чаще всего на эту публикацию ссылаются при определении различий между тремя типами государства всеобщего благоден­ствия: либерального (к нему, в частности, относятся США, Канада, Австра­лия); корпоративного (также называемого «консервативным», к которому при­надлежат, в числе прочих Австрия, Франция, Германия и Италия); и социал-демократического (примером которого служат скандинавские страны).

Суть доводов Эспинг-Андерсена сводится к тому, что эти типы государ­ства различаются между собой, причем имеющиеся между ними различия можно объяснить разницей применяемых в них моделей2. Несмотря на добро­совестную попытку теоретического обобщения и сведения своих выкладок к единому общему знаменателю, Эспинг-Андерсен вынужден рассматривать каж­дую конкретную страну по отдельности, чтобы показать не только исключе­ния из правила, но и те случаи, которые соответствуют конкретным положе­ниям его теоретических выводов. И тем не менее, как его труды, так и работы других ученых, разделяющих позиции политико-экономического подхода, в 80-е годы внесли наиболее весомый вклад в развитие теоретической мысли данного направления исследований (Evans, Rueschemeyer, Skocpol, 1985).

Пока Эспинг-Андерсен в своих неустанных теоретических поисках искусно обходил препятствия на пути к цели, обусловленные требованиями количест­венного анализа, А. Хикс и Д. Суонк предприняли попытку преодолеть их с помощью «лобовой атаки» (Hicks, Swank, 1992). Их труд, который нельзя не признать прекрасной работой, лучше других дает представление о состоянии компаративного политического анализа 90-х годов. Под маркой «теоретичес­кого» исследования они перечислили широкий спектр противоречивых гипо­тез эволюции государства всеобщего благоденствия, вернув проблеме полити­ческого состава правительств статус центральной. Опираясь на концепции «но­вого институционализма» (Evans, Rueschemeyer, Skocpol, 1985), Хикс и Суонк создали понятную и действующую модель, проверенную на сводном анализе временных рядов в его перекрестном варианте. Исследования с применением внушительного набора статистических ограничений, свойственных обобщаю­щему анализу, проводились на материале развития восемнадцати стран за период двадцати трех лет. Различия в социальной политике определялись в этом исследовании на основе доли национального дохода, выделяемой на программы социального обеспечения, что можно сопоставить с измерениями Виленски (Wilensky, 1975).

В числе независимых переменных авторы использовали показатели связи между партийным контролем и другими элементами модели. Хотя Хикс и Суонк не занимались теоретическими изысканиями, необходимыми для со­здания более изоморфного статистического отображения политического про­цесса, чем то, которое было получено раньше, на наш взгляд, такое исполь­зование взаимозависимых условий свидетельствует о появлении важной и нужной тенденции в развитии теоретических представлений о соответствую­щих ролевых функциях политики и экономики при определении направлен­ности социальной политики.

Говоря о значительных результатах, полученных в этой области, хотелось бы привести утверждение Хикса и Суонка об итогах 30-летних исследований, которым они открывают свою работу: «На сегодняшний день не сложилась единая позиция в отношении противоречивой проблемы, ...касающейся той роли, которую играет политика в определении расходов на социальные нуж-

2 В вышедшей в свет 1990 г. книге Эспинг-Андерсена, написанной на основе его опубли­кованной ранее работы 1985 г. и трудов У. Корпи, говорится о том, что в различных типах государства всеобщего благоденствия средства расходуются на проведение разных полити­ческих курсов, причем в разных обстоятельствах контроль со стороны тех или иных сил в правительстве имеет неоднозначные последствия для бюджетных средств, выделяемых на нужды социального обеспечения (Esping-Andersen, 1985; 1990; Korpi, 1983; 1989).

ды в развитых демократических странах» (Hicks, Swank, 1992, р. 658). Отстаи­вая правоту собственного подхода к проблеме, они стремятся доказать нали­чие очевидной связи между составом различных группировок в правительстве и направленностью проводимой им политики (Blaiz, Blake, Dion, 1993). В част­ности, они отмечают, что политика правительства изменяется в зависимости от силы оппозиции и требований того политического направления, к которо­му эта оппозиция принадлежит. Так, сталкиваясь с объединенной консерва­тивной оппозицией, левые правительства приспосабливаются к ситуации, переходя на более центристские позиции, причем такой переход в данном случае не имеет никаких видимых внешних причин. Аналогичная трансформа­ция происходит и с правыми правительствами, сталкивающимися с более или менее сильным давлением со стороны левой оппозиции.


0003263047867751.html
0003320116582841.html

0003263047867751.html
0003320116582841.html
    PR.RU™