Работа со страхом смерти. Трансформация страха смерти  

Работа со страхом смерти. Трансформация страха смерти

Воины знают, что смерть – не враг. Смерть – единственный достойный противник; смерть – единственный, кто бросает нам реальный вызов. Смерть – активная сила, а жизнь – арена ее действия. В мире воинов смерть – охотник, потому у воинов нет времени для сожалений.

Карлос Кастанеда

Действительно, человек начинает жить подлинной жизнью, когда осознанно принимает неотвратимость смерти. Но человек ничего не хочет знать о смерти. Он убегает от этого знания, и общество ему в этом успешно помогает, выработав нормы «приличия», в которые входит такое соглашение, что говорить о смерти неприлично. Знание о том, что человек умрет, уходит далеко на периферию сознания, часто даже в область бессознательного.

По мнению мировой церкви, смерть ограничивает и вынуждает полагаться (уповать) на Высшее, пребывающее по ту сторону бытия. На пути воина нам известно, что смерть вынуждает нас к мобилизации всех усилий, смерть – это единственный стоящий противник, фундаментальный вызов, брошенный человеку мирозданием. Смерть – это та самая сила, что толкает нас на путь трансформации и развития своего осознания.

Важно постоянно помнить, что все самое главное на пути воина происходит сегодня и сейчас. Наше несгибаемое намерение нацелено именно на нынешнее мгновение. Неверно думать, что мы всю жизнь копим силы для поединка со смертью «завтра», которого, может быть, и не будет у нас. Все происходит в нашей жизни сейчас. Сегодня. Каждую минуту мы принимаем решения и отвечаем на вопросы, поставленные перед нами жизнью. И мы должны всякий раз решать и отвечать наилучшим образом – вот чему учит безупречность, вот в чем наивысший труд пути воина.

Страх смерти вырастает из двух представлений человека: представления о времени и представления о своем эго (о себе). Смерть вызывает у нас ужас, а бессмертие навевает тоску и скуку, поскольку наше воображение не знает ничего, кроме самоповторения, и полагает бессмертие «Я» ужасающей бесконечностью. Эта противоречивая ситуация веками томит человека. Проблема в том, что мы не имеем никакого опыта свободы. Более того, мы не имеем даже умственного представления о ней. В результате, все размышления человека о смерти и бессмертии ограничены.

Эволюция человека даже логически (не говоря уж о законах развития энергетического тела) подразумевает преодоление социальности. А страх смерти прежде всего социален, поскольку порожден нашими бессознательными проекциями на будущие взаимоотношения с окружающим нас социумом. Размышляя о смерти, мы сначала думаем о прекращении контактов с себе подобными и лишь потом о прекращении потока впечатлений вообще. Это вынуждает нас к разговорам об одиночестве. Переживанию одиночества в жизни безупречного воина есть место, только оно приобретает иную окраску, становясь позитивным, с новыми акцентами в самоощущении. Но поначалу все мы сталкиваемся с одиночеством во всем его пасмурном и даже трагическом облачении. Эта вынужденность роста, свидетельство внутреннего удаления из социума, т. к. воин оказывается лицом к лицу с бесконечностью и обнаруживает свою асоциальность, что вызывает неоднозначные чувства.



Возникновение такого рода эмоций объяснить несложно. Обычный человек полностью погружен в собственное описание мира. Совокупность его представлений о самом себе всегда опирается на общепринятые социальные условности. Он может идентифицировать себя только в процессе взаимодействия с сущностями, подобными ему. В этом главная причина непереносимости одиночества, нет подтверждения собственной личности, индивидуальности вне социума. Страх одиночества – это страх утраты личности, проекция страха смерти. Так что глубинная связь этого чувства с тремя ремнями, держащими нашу ТС, – страхом смерти, ЧСВ и жалостью к себе, – просто несомненна.

Чувство одиночества является, к сожалению, неотъемлемой частью пути становления воина на пути безупречности. Оно не должно вызывать угрюмость и озабоченность. Если такое настроение возникает, то можно с уверенностью сказать, что преобразование стереотипов реагирования еще не достигло того качественного порога, за которым обнажается чистое и безупречное сознание воина. Все мы скованы своими привычками, и в их число входит привычка получать наибольшее количество впечатлений от социума, и не просто от подобных себе существ, а именно от социальных игр. Последовательная и всесторонняя практика сталкинга на пути безупречности разрушает этот стойкий стереотип. Безупречный воин обращается к впечатлениям иного рода и из них черпает материал для полноценного самоосуществления осознания.

Страх смерти проявляет себя в жизни социального человека весьма многообразно, и страх одиночества является самой простой и очевидной проблемой. Страх смерти порождает:

1) привязанности, желание иметь убежище;



2) влечение к впечатлениям, причем по нарастающей шкале;

3) страх потери времени, реализации себя как соцбиологической особи;

4) страсть к деятельности;

5) волю к власти и борьбе за лидерство.

Социум базируется на страхе смерти и различных его формах. Это главный рычаг, с помощью которого можно манипулировать личностью и строить общественный порядок. Поэтому всякая технология трансформации страха смерти обществу неугодна и считается социально опасной. Страх смерти, ЧСВ и жалость к себе – это фундамент человека, уйти от которого могут лишь единицы. Для человеческого организма смерть – это самый сильный и завершающий его существование стресс. Последний миг умирания часто сопровождается нестерпимой болью.

Безупречность, сталкинг и перепросмотр – это техники, связанные неразрывно в повседневной практике воина. Чтобы справиться с автоматизмом и полусознательными повторениями привычных движений, нужно потратить время на развитие способности сталкинга самого себя.

У каждого из нас страх смерти имеет свою историю возникновения. Для полной трансформации страха смерти необходимо будет перепросмотреть историю его возникновения.

Страх смерти состоит из многих частей:

• травма рождения;

• страх утраты убежища;

• страх потери и разлуки;

• страх боли;

• страх разрушения тела и уродства (страх гниения);

• страх беспомощности;

• страх потери разума, безумия и потери контроля;

• страх потери своей личности, социальной роли, имиджа, уважении, престижа и т. п.;

• страх потери данных на своем цифровом носителе («комп», ЖЖ, блоги и т. п.).

Начинать работу со страхом смерти лучше со снятия запрета на ее восприятие. Ведь страх (как и любая сильная эмоция) снижает качество и силу осознания. Смерть – это советчица, которая помогает сконцентрировать и направить себя на обдумывание, планирование, прогнозирование вариантов, решение поставленных задач. «Смерть за левым плечом» – это не безразличие. Смерть за левым плечом – это значит, что мы можем умереть в любой момент, и в цене остается лишь безупречность. Как поступает безупречный воин, узнав, что жить ему осталось два часа? Он просматривает список несделанных дел, нерешенных проблем. Он выбирает те несколько пунктов, которые действительно может успеть выполнить за столь короткий срок. Он выражает свою любовь и благодарность тем, кто рядом и кто должен это услышать. Он пишет то, что должен написать, прощается и отдает долги. Он смотрит на мир и подводит итоги, выражая уважение к человеческому духу.

Фокус «мертвых воинов» заключается в том, что они полностью принимают факт своей смерти при жизни, прямо сейчас. Особенность этой концепции заключена в специальном использовании времени. Когда мы превращаем смерть в факт не будущего, а настоящего, то наша настройка сбивается, останавливаются рефлексии и ожидания, человек начинает действовать по принципу сиюминутной реакции. Человек, увидев нападающую на него пантеру, не успевает по-настоящему испугаться, он просто бросается наутек. Точно так же «мертвый воин» не боится смерти, а выбирает такой тип поведения, чтобы смерть не прекратила его осознание.

Воин находит равновесие в состоянии между «я уже умер и ничего хуже этого со мной не случится» и «смерть еще не коснулась меня, каждый миг я должен делать лучшее в своей жизни до ее прикосновения». Но воин должен отслеживать себя и тут, поскольку рискует стать чересчур деятельным, обрести ложную ясность и пойти на поводу у ЧСВ. Но все эти опасности в равной мере подстерегают воина на любом другом пути избавления от страха смерти.

Фрагмент из книги А. Ксендзюка «Страх смерти»

Когда речь заходит о страхе смерти, мы нередко сталкиваемся с заявлениями такого рода: «Я смерти не боюсь». Человек, утверждающий подобные вещи, очень часто бывает совершенно искренен, и не надо обвинять его в легкомыслии или браваде. Обычно мы имеем дело просто с неточным пониманием сути этого выражения, с представлением о смерти как физическом факте – агонии тела и последующем провале в небытие (во всяком случае, для атеистически воспитанного сознания). Только внимательно рассмотрев всю объемную психологическую подоплеку смерти как явления бытия, мы начинаем понимать, что страх смерти есть один из важнейших детерминаторов человеческого поведения. Будучи фактом для обычного сознания неизбежным, смерть редко становится предметом серьезных раздумий или насущной озабоченности – какой резон страшиться того, что неминуемо произойдет рано или поздно, независимо от нашего отношения и степени нашей осмысленности этого? Так рассуждает почти всякий, и страх смерти совершенно естественным образом уходит в подсознательное, скрывается за целым комплексом защитных механизмов и реакций, уходит так глубоко, что личность искренне погружается в утешительную иллюзию: страх смерти побежден, для меня он больше не существует. У интеллектуалов такое заблуждение приобретает особенно рафинированный вид – познакомившись с идеями объективного идеализма и целым рядом подобных в этом отношении философских доктрин, а иногда восприняв умозрительно религиозные учения, где смерть всегда есть особо важный момент, рассматриваемый с пристальным вниманием, они находят там для себя приемлемые, успокоительные воззрения (творческие натуры, кроме того, могут создать свои собственные) и выстраивают в уме миф о смерти и миф о себе.

Каким же образом происходит разоблачение страха смерти? Во-первых, следует показать, что страх смерти – вовсе не игрушка, а одно из важнейших препятствий на пути духовного знания, а для этого его надо извлечь из подсознательного и раскрыть все многообразие масок, надеваемых этим чувством, когда оно доминирует во внутреннем мире человека. Мы рассмотрим лишь важнейшие деформации страха смерти в сознании человека.

1. Первейшей и наиболее явной маской страха смерти является страх одиночества. Их связь в подсознательном настолько очевидна, что нет нужды останавливаться здесь подробно. Достаточно сказать, что, общаясь с себе подобными, мы так или иначе делимся с ними своим внутренним бытием, делая его как бы шире, и радуемся призрачному своему продолжению, отдавая другим часть своей энергии и получая соответственно от них – данный процесс носит обоюдный характер. Особое выражение страх одиночества получает в желании иметь детей, так как здесь обмен энергиями имеет исключительно сильный характер.

2. Привязанность и любовь – непосредственный и логический результат страха одиночества. Встречая личность, наиболее подходящую нам в эмоциональном и психологическом плане (особенно в тех случаях, когда поиск был долгим и трудным), человек испытывает чувство чуть ли не экстатическое, – ярче всего это бывает в юности, когда социальные связи не устоялись, а уверенность в своих силах невысока, безудержная благодарность легко превращается в привязанность или дружбу (если личность одного с ним пола), либо в любовь (если личность противоположного пола). С такой точки зрения, смерть и любовь действительно тесно связаны друг с другом, и психоанализ, достаточно много раскрывший в этой области, здесь как нигде близок к истине – если оставить в стороне мифические спекуляции вокруг либидо и танатоса.

3. Влечение к чувственным удовольствиям и впечатлениям, прежде всего, имеет весьма косвенное отношение к физиологическим потребностям организма. То, что чувственность хотя и является результатом в первую очередь органической конституции физического существа, у человека служит главным образом средством защиты от страха смерти, легко подтверждается обычным наблюдением: интенсивность чувственности часто сильно изменяется в сторону уменьшения, когда индивид находит другой предмет для сосредоточенного внимания, если тот с успехом может исполнять ту же роль (творчество, наука, бизнес и т. п.). То же касается и впечатлений – зрелища и путешествия превращаются в манию, если другие виды активности по какой-либо причине оказываются неудовлетворительными.

4. К иной группе метаморфоз страха смерти относится страх потери времени. Спешка и нетерпение, широко распространенные в современном обществе, обязаны своим возникновением глубоко скрываемому в подсознательном страху конца, страху перед ограниченностью существа во времени.

5. Отсюда рождается страсть к деятельности. Погружение в активность, которую нам не следует недооценивать, ибо она есть причина всего масштабного прогресса человечества, есть, тем не менее, все тот же страх смерти, который здесь, как и во многих других случаях, исполняет роль движущего импульса, порой весьма плодотворного, но имеющего источник пагубный и разрушительный.

6. Воля к славе и борьба за лидерство – наиболее отвлеченные в этом ряду. Они естественным образом вырастают из страсти к деятельности и влечения к чувственным удовольствиям (впечатлениям), которые мы уже упоминали. При вдумчивом анализе здесь легко найти и желание расширить себя на более долговечные явления (история, искусство и т. д.), и желание повысить собственную значимость, чтобы личная смерть индивидуума стала серьезным событием для продолжающих жить – еще одна защитная конструкция перед лицом страха смерти.

7. Влечение к сексуальной активности, которое фрейдистская школа ставит во главу угла всей своей психологической доктрины, есть лишь наиболее универсальное средство в ряду всех защитных конструкций. Потому оно и может показаться центральным или основополагающим. Ибо оно черпает силы изо всех приведенных выше явлений, начиная со страха одиночества и заканчивая борьбой за лидерство. Конечно, следует помнить, что мы отвлекаемся здесь от чисто физиологической стороны дела, так как сексуальность в чистом виде есть продукт биологической эволюции вида, и только в мифологии человеческого сознания приобретает эту специфическую защитную функцию.

Мы не перечислили все проявления страха смерти, но сказанного уже достаточно для того, чтобы понять простую истину: всякое сознание, не видоизмененное при помощи специальной дисциплины, несет в себе страх смерти, даже когда всячески его отрицает.

Перед тем как обратиться непосредственно к дисциплине, цель которой – устранение страха смерти, надо отметить следующее: страх смерти вынуждает личность к действию и потому в данной структуре мира выполняет исключительно важную роль. Ординарное сознание, лишенное этого движителя, обречено на апатию, полное оскудение, психологический распад и бесцельное прозябание. Вот почему по мере исчезновения страх смерти в дисциплине Дона Хуана заменяется другими, более адекватными ее целям стимулами.

РУСАЛКА:Мы начинаем работать с последним ремнем, держащим нашу ТС, – страхом смерти.

1. Раскладываем свой страх смерти на составляющие его части.

2. Эти части перепросматриваем и ищем в прошлом корни их возникновения, а в настоящем – то, какими способами вы их в себе поддерживаете и объясняете.

3. Учимся обращаться к смерти как к советчице, о чем в своих книгах говорил КК (Карлос Кастанеда).

4. Представьте, что вам осталось жить некий короткий срок (час, день, три дня), и проживите этот срок так, словно вы после него реально умрете. Проживите этот срок безупречно, как воин духа. Станьте «мертвыми воинами».

Задание не из легких, поэтому прочтите внимательно несколько раз то, что написано о трансформации страха смерти. Это задание на длительный срок.

Рекомендую к прочтению еще одну книгу: «Человек Неведомый» А. Ксендзюка, а из видеофильмов посмотрите «Я остаюсь» (в этом фильме Андрей Краско сыграл последнюю роль перед своей смертью). Также очередной раз напоминаю про книги Кастанеды, ибо наш практикум основан на его учении.

БИЛЛИ:У Билли произошло что-то в детстве. Ему было лет пять, около того, и он увидел или осознал, что человек умирает, что теряет все. Он плакал так сильно, что лицо полностью стало мокрым от слез, и, всхлипывая, говорил бабушке, что не хочет умирать. Она успокаивала его, как могла, и сказала: «Не умирай! Живи вечно…»

ЕЖ:Даушшшш…

…И до утра мы ищем корень наших горестей и бед,

И, разумеется, находим его именно во мне.

Но это жизнь, что поделаешь, – жизнь!..

С. Калугин и ОП

Данный страх восходит своими корнями к самым истокам моего бытия… Так, ладно, серьезно. Действительно, страх и понимание смерти как таковой определился у меня еще в раннем детстве, когда мы потеряли отца. Лет пять или шесть было. Что это на самом деле, в полной мере тогда еще не понимал, но понимал одно: человека не вернешь… А может и еще раньше…

ИРА:Сегодня по дороге на работу раз десять умирала: представляла себе, что после такой-то машины или столба – все. И что это последние мои шаги. Разревелась в итоге.

БИЛЛИ:Было два переживания смерти – один раз, когда ел мухоморы, второй раз, когда проснулся ночью и понял, что его нет – тела нет, но все же он есть везде! Удивительное чувство и спокойствие! Хотя в будничной жизни и обычном состоянии сознании до ужаса страшно. Стоит это признать.

ИРА:

1. Страх одиночества, потери, разлуки. – Было.

В два года серьезно заболела воспалением легких, родителям пришлось отправить в больницу. Четко помню, как собирали-одевали в дорогу, «скорую», железную кровать с решетками, ощущение одиночества и печали (мамы нет рядом). Дальше в детстве, видимо, осознала связь между тем, что, когда сильно болею, мама рядом (добрая, ласковая и заботливая). Поэтому болела часто, развилась астма, синдром БС. Еще вспомнила, как в раннем детстве сильно заболела, лежала одна в комнате, чтобы привлечь внимание, стала изгибаться всем телом. Родители испугались, повели в больницу, врачи думали, что полиомиелит.

Во взрослом возрасте астма и всякие болячки стали проявляться (думаю, что так) как элемент манипулирования людьми – чтобы обратили внимание, пожалели и т. д.

Дальше страх одиночества стал проявляться неправильным выбором партнеров – быть хоть с кем-то, лишь бы не одной. В итоге, всю жизнь – «все не то». Желания иметь детей нет. Сейчас одиночество и потери не боюсь, ну, или так кажется.

2. Привязанность и любовь. – Да, есть, как следствие страха одиночества. Могу быстро влюбиться и привязаться. Но при этом бывает, что рву отношения одним махом и без сожаления.

3. Влечение к чувственным удовольствиям и впечатлениям. – Было и в гиперформах. Как причину подозреваю один момент из глубокого детства. Исправлено. Теперь контролирую.

4. Страх боли. – Есть. После рождения делали операцию на шее, остался шрам под ухом (не смертельно, но, видимо, было больно). Очень сильно в детстве испугалась, когда поставила металлическую занозу – вот тогда реально думала, что умру (помню тот ужас).

Были моменты, когда страх наказания от родителей был гораздо выше страха боли (взяла нож без спроса, чтобы поточить карандаш, сильно порезалась, испугалась наказания, потому что нож брать было нельзя). Страх боли породил синдром БС.

5. Страх утонуть (правда, воды сейчас не боюсь, плаваю хорошо). Начинала тонуть в бассейне (была паника), «утягивало» в озере на глубину (когда плавать не умела). Рядом были взрослые, но страх тогда сильно парализовал, даже крикнуть ничего не смогла. Но справилась сама.

6. Страх перед неизвестным, когда рядом нет близких и не у кого узнать и спросить, что это было. Страх темноты (связан со страхом одиночества, потери убежища).

В детстве до жути испугалась таракана, когда была одна дома. Ревела и думала о том, где же мама. Страх забил в угол, подальше от насекомого, боялась даже приблизиться к тому месту.

Очень боялась темноты, когда спала одна в комнате (думала, что либо из проема двери выглянет страшная черная голова (и такое как будто было однажды), либо схватит меня за ногу из-под кровати нечто. Последнее время страх темноты и неизвестного стал всплывать (страшно делать «тенсы» ночью, страшно идти по коридору ночью). К тараканам до сих пор мерзко отношусь.

7. Страх высоты всплыл года три назад (а думала, что высоты не боюсь), когда бродила по крепости в Крыму, там есть место, где высоко, но нет «поручней». Связан, наверное, еще и со страхом боли, покалечиться. В детстве помню случай, когда без тени страха упасть и покалечиться залезла на очень высокую часть гранитного памятника, чтобы похвастаться отцу. В итоге, была наказана.

8. Страх публичного унижения и наказания. Родители заставили извиняться перед всеми родственниками за то, в чем не считала своей виной. Отсюда, наверное, есть страх публично выступать, когда училась в музыкальной школе, был страх перед сценой.

9. Страх потери времени есть, появился недавно, когда поняла, что времени может не хватать.

10. Страх разрушения тела есть и потери разума тоже. Боюсь стать дряхлой, больной и безумной.

11. Страсть к деятельности. – Наверное, да, как и страх потери времени.

12. Воля к славе и борьба за лидерство. – Сейчас нет, в детстве (школа, желание быть лучшей) было.

13. Страх беспомощности. – Есть, так же как и страх разрушения тела. Боюсь, что в старости буду не способна сама ухаживать за собой.

14. Страх потери своей личности, социальной роли, имиджа. – Скорее, есть страх перед давлением социума в момент потери своей личности, социальной роли и т. д.

15. Страх потери данных на носителях. – Есть. Боюсь потерять телефонные номера, контакты в записной книжке, полезную инфу в компе, связанную с работами. К ЖЖ, блогам, соц. сетям равнодушна.

16. Очень боюсь пьяных (пьяный сосед из детства).

17. Боюсь быть покусанной собакой.

СВЕТА:С раннего детства страх смерти был неразрывно связан с понятием времени… Как-то, когда старшая сестра объяснила, что означает 19… год, испытала ужас – оказывается, сколько уже всего было, а нас не было… В каком-то смысле «смерть наоборот» мы уже все прошли – когда родились, а до этого была нашас… В четыре года осознать это, было очень страшно, как в черную бездну заглянуть…

1. Привязанности, желанию иметь убежище. – Есть.

2. Влечение к впечатлениям. – Вот тут ощущаю себя свободной, тяги к новым впечатлениям нет.

3. Страх потери времени, реализации себя как соцбиологической особи. – А вот это – мое! До дрожи, до паники, хоть караул кричи!

4. Страсть к деятельности. – Как ни странно, страх из предыдущего пункта не особо порождает бурную деятельность. Т. е. на умозрительном уровне порождает, а вот воплощение явно отстает.

5. Воля к власти и борьбу за лидерство. – К этим играм всегда была равнодушна.

Пока лидирует пункт 3, за ним следующий – 1. Буду дальше разбираться.

АЛИСА:Что Алиса может сказать по страхам.

• Привязанности, желание иметь убежище. – Да, Алиса любит возвращаться домой, к родным знакомым местам, любит свой диван, свою ванну, кухню, чашку. Правда, Алиса довольно адаптивна и легко приспосабливается к другим местам. Но жутко думать, что у тебя нет дома… Бомжи навевают на Алису своим образом жизни ужас.

• Влечение к впечатлениям. – Есть, конечно, есть, просто Алиса очень «капризна» в выборе впечатлений.

• Страх потери времени, реализации себя как соцбиологической особи. – Страх потери времени присутствует в том, что Алиса ощутила, что только в деятельности жизнь становится наполненной, неважно, делаешь ты что-то руками или ощущаешь, думаешь, пишешь курсовик. С социобиологической ролью еще проще. Алиса никогда не стремилась к карьере, сама не знает почему… Хотелось узнать то, что внутри, сущность процесса жизни, что ли…

• Воля к власти и борьба за лидерство. – Почему-то не было.

• Травма рождения. – Наверняка есть, Алису мамка не любила, да и сейчас…

• Страх утраты убежища. – Описала выше, хотя никогда не терялась. А когда заблудится в лесу (Алиса выросла в лесу), то никогда не паникует.

• Страх потери и разлуки. – Почему-то нет.

• Страх боли. – Наверное, прожит.

• Страх разрушения тела и уродства (страх гниения). – Как-то тоже не замечала, хотя когда видела у других, содрогалась. Именно тому, что этому человеку больно и физически, и психически. Вроде себя на их месте не представляла.

• Страх беспомощности. – Не была беспомощна настолько.

• Страх потери разума, безумия и потери контроля. – Если безумие возможно. Алиса себя всегда ощущала не от мира сего, поэтому связанные с этим ощущения прожиты. Потеря контроля – не попадала в такие ситуации, чтоб сильно бояться.

• Страх потери своей личности, социальной роли, имиджа, уважении, престижа. – Страх потери личности для Алисы равен страху смерти. Были два случая в шесть и четырнадцать лет, когда осознание того, что после смерти мое «Я» исчезнет, приводило в неописуемый ужас, вплоть до дрожи, пота, судорог. Может поэтому Алису притягивает именно линия толтеков. Не хочет Алиса, чтобы ее осознание растворялось в чем-то. Хочет сохранить свою индивидуальность.

• Страх потери данных на своем цифровом носителе. – Ой, теряла Алиса и курсовик, и творческие работы. Это мелочь.

Возможно, у Алисы есть страх «отверженной». Во всяком случае, в детстве постоянное отвержение матерью и отцом. Наверное, Алиса перенесла это на взрослую жизнь, но почистила основательно.

АЛЕКСАНДР:

• Привязанности, желание иметь убежище. – Как-то отправил жену в отпуск, посадил на поезд, и только отъезжая от вокзала, понял, что она увезла ключи от квартиры. А мои остались дома. Пережил несколько неприятных часов. Интересная смесь страха, понимания абсурдности ситуации и в то же время некая уверенность, что все будет хорошо. Но поволновался прилично.

• Влечение к впечатлениям. – Александр скорее их избегает. Был как-то в Питере в парке аттракционов, так нигде и не покатался (хотя нет, на одном простеньком покатался). Смотрел на людей и не мог понять, что их толкает на все эти аттракционы.

• Страх потери времени, реализации себя как соцбиологической особи. – Не боюсь. Могу целый день проваляться и ничего не делать. Четко знаю, что, сколько времени займет, и особо не паникую.

• Страсть к деятельности. – Если какая-то идея придет, а время поджимает, то могу и подсуетиться. Но обычно действую только, когда необходимо, спокойно и расслабленно.

• Воля к власти и борьба за лидерство. – Не страдаю вообще, жалею начальников и никогда не стремился на их место. Тем более ради денег.

• Страх боли. – Смотря какой. Особо сильно меня не били, а пальцы режу постоянно. Иногда даже приятно погружать в нее свое внимание.

• Страх разрушения тела и уродства (страх гниения). – Ну, Александр – как бы красавец, но пара шрамов только украсит, думаю. Хотя потерять конечность – это для меня, скорее всего, трагедия. Программировать смогу, а вот йогу и рыбалку, скорее всего, придется бросить. Страшновато.

• Страх одиночества. – Уже не первый раз замечаю: когда жена уезжает и я остаюсь один на несколько дней, увеличивается какая-то ответственность перед собой. Какое-то ощущение пустого тыла. Сильно пугает и нервирует. Т. е. ощущение, что некому подстраховать, увеличивает страх допустить ошибку. Или что мне нужна будет помощь, а помочь некому.

Вспомнил еще. Был в командировке в Москве, заболел, и у меня поднялась температура. Валялся в пустом номере, было плохо, в основном, в эмоциональном плане.

Сегодня ходил и представлял, как я могу умереть в ближайшую минуту. Машина, толстая ветка с дерева, покатился по лестнице, ток ударил, поругался – пристрелили. Смерть, действительно, рядом. Но я ее пока не чувствую. Когда думаю, что вот, мол, я сейчас умру, что-то подкатывает изнутри, но пока не идентифицируется.

С тех пор как начал анализировать страх смерти, мою машину все хотят протаранить – только успевай уворачиваться. Либо постоянно вокруг наблюдаю «околоаварийные» ситуации.

Мир как будто помогает разобраться поглубже в этом вопросе. Уже два дня подряд адреналин в крови подскакивает за рулем. Хотя катаюсь я очень аккуратно и неспешно.

АЛИСА:Вспомнила Алиса одну вещь, которую можно приравнять к потере страха смерти, во всяком случае, на взгляд Алисы. Алисе 34 года. Она только что развелась с мужем. Алиса стоит у окна и смотрит на улицу. Из предыстории… Муж Алисы позиционировал себя как высокодуховный человек – уже не человек, а сущность, светящееся существо. В реальной жизни – мудак, каких мало. Это не злость, поверьте, это реальность. Но именно он и подтолкнул Алису к непрерывному поиску свободы, возможно, именно тем, что, транслируя декларируемые «светящиеся любовью» намерения, действовал обратным образом. Он просто ничего не знал про перепросмотр. Алиса думала в совершенном отчаянии – как так может быть?.. Алиса считала, что поступала правильно, а результат ее действий всегда был отрицательным. Как же дальше жить? Что Алиса скажет сыну, когда он спросит ее: «Мам, а зачем жить, все же уроды вокруг? Мам, а почему говорят, что жизнь прекрасна, если жить не хочется? А что делать в такой и такой ситуации?» Глубокое убеждение Алисы состоит в том, что главная задача родителей – это научить ребенка жить в этом мире. Дать как можно больше «инструментов» для правильных действий.

И тут Алиса четко осознала, что если эту задачу она не решит, то незачем жить. Смысл существования теряет свой интерес, зачем существовать, ненавидя, страдая и наступая на одни те же грабли. У Алисы постоянно перед глазами пример ее матери, которая, от того, что не нашла удовлетворенность в жизни, себя в жизни, измучила себя и окружающих ее близких людей своей ненавистью и неудовлетворенностью. Так жить Алиса не могла. Физически. Наверное, эти минуты у окна окончательно решили судьбу Алисы. Намерение выбраться было поистине несгибаемым.

Сейчас Алисе 40 лет, ни разу с того момента она не пожалела о выбранном пути… Фактически это была психическая смерть личности, и надо было найти себя и выстроить другую личность. Шесть лет прошло, столько было ошибок, столько инсайтов. Все испытано на себе, многие вещи сначала осознала, а потом нашла подтверждение в источниках, и люди странно смотрели, и периоды мучительного одиночества были… И радостные моменты понимания, что мир не плоский и мучительный, а полон тайн загадок. Объемный. Мы еще не говорили о «психической смерти личности», возможно, Русалка оставила это на потом. Возможно, у каждого из нас были такие моменты, главное, на взгляд Алисы, – не сворачивать с намеченного пути и, конечно, быть очень внимательным, чтоб не затянуло в другие крайности.

РУСАЛКА:Алиса, были мысли на тему «психической смерти личности», но решила не трогать ее. До такой смерти мало кто доходит, чаще происходят вначале изменения на эмоциональном уровне, а потом снова сползание в сон. Только тот, кто проснулся, тот и перешел через эту смерть, поскольку происходит реальная смерть личности внутри тебя. Сама проходила такое, и это событие незабываемо и является отправной точкой нового витка в жизни.

Так что тем, кто прошел через такую смерть, рассматривать пункт «Психическая смерти личности» не так важно. А вот тем, кто такую трансформацию не проходил, – у меня одно единственное пожелание – умрите! Умрите, сбросьте кожу старую, все ненужное вам, примите решение самое важное в своей жизни и смело двигайтесь вперед в пустоту с пустыми руками!

ПУТНИК:Страх смерти.

1. Страх боли и физических повреждений. – Страх гниения, скорее всего, возник еще в далеком детстве в силу различных взаимодействий с предметами (падал, обжигался, получал по морде и т. п.). Крепко укоренился в голове. Боль становится незаметной, когда ее много.

2. Страх одиночества. – У меня есть немного «ЧСВая» мечта: а) желаю, чтобы все люди разом заткнулись; б) хочу побыть один в тишине, может, стать временным бродягой с целью покопаться в себе без влияния социума.

3. Страх утраты убежища. – Мой дом – моя крепость. Приятно знать, что ты можешь вернуться в место, где сможешь передохнуть и набраться сил. Страх есть, но без фанатизма, крепость всегда можно отстроить заново.

4. Влечение к впечатлениям. – Как только становится скучно (а мне почти всегда скучно), летуны начинают придумывать различные «развлечения», начиная от поедания сладкого и заканчивая бессмысленной поездкой в другой город.

5. Страх потери времени. – Лень мне уделять внимание времени. Слишком оно капризное. То бежит, сломя голову. То тормозит, что и пинками не подгонишь.

6. Страх беспомощности, потери разума, безумия и потери контроля. – Не испытывал, не знаю.

7. Влечение к сексуальной активности. – Признаюсь честно, борюсь с данным желанием всеми способами, т. к. сексуальное влечение заставляет совершать определенные абсолютно ненужные поступки, которые выглядят довольно забавно со стороны.

8. Страх потери и разлуки. – Считаю себя «редиской». Странное безразличие.

9. Страх неизведанного. – Страх есть и очень сильный. Недавно испытал, пытаясь уснуть без потери контроля. Начал проваливаться вниз. Стало так страшно, что сердце заколотилось, как после скоростного кросса на километр.

БИЛЛИ:Осознал. В субботу после работы переходил улицу, и рядом со мной машина подбила девушку. Ее переглючило чего-то, и она просто пошла спиной к дороге. Машина ударила ее по касательной, закрутило ее, и от шока она убежала. Вот она смерть… Всегда на расстоянии вытянутой руки. Это как знак.

ГОРОД:Пока со смертью ничего не связываю.

Нашел связь вот в чем. Боюсь, что витилиго начнет прогрессировать, и стану уродом, на меня никто не посмотрит, останусь один. Вот так страх болезни связался с одиночеством, причем очень прочно. Получается, что боюсь не болезни, а того неприятного последствия, которое, в общем-то, не факт, что будет, теперь пока что не знаю, как же этот страх убрать.

РУСАЛКА:Страх одиночества – он прописан у нас в ДНК, от него не избавиться, но его можно использовать с пользой для себя. Вот ты понял, что боишься остаться один, но одиночество – это состояние, и, заметь, зависящее от твоего восприятия. Один без людей, но не один без природы и ее составляющих, не один без богов, не один без своего разума… Один человек никогда не остается, его всегда окружает масса всего, только он этого не замечает, поскольку восприятие заточено социально. Взгляни на одиночество с другой колокольни.

Вот ты один, ура! Свобода действий, практик, работы над собой. Есть масса времени, которое раньше уходило на поддержание социальных игр и ролей. Сейчас ты один и максимально свободен, осталось придумать, как лучше использовать время с пользой для себя. Таким образом можно разложить любой страх внутри нас. Он перестанет нам мешать, станет нашим помощником и союзником. Именно потому маги и говорят, что смерть – наша советчица.

АЛЕКСАНДР:Сегодня гулял по свалкам и наткнулся на полуразложившийся труп кошки. Присел рядом, смотрю на него и так и эдак. Представлял, что сам тоже когда-нибудь буду так же выглядеть, вот это мои пустые глазницы, кожа сползла с ребер, зубы под провалом носа. Почему-то тогда меня это не особенно тронуло, а вот сейчас пишу, и комок к горлу подступает. Сейчас лягу спать, еще проанализирую. Пару раз за день возникло непонятное чувство страха. Будто какая-то фобия неизвестно на что. Но очень легкая.

МАКС:Со страхом смерти соприкоснулся – опять был на кладбище… Как-то не верится, что молодые люди умирают. А умирают ведь. И никому никто ничего не должен.

МЫШЬ:Мышь думала, что разобралась со страхом смерти и со смертью вообще.

Оказалось, есть над чем работать. Мышь в свое время призрела смерть как таковую и решила стать бессмертной. Видимо, в тот момент смерть решила оставить мышь вариться в своем котле.

Мышь бессмертна. Нужно только воплотить это!

Мышь потеряла все страхи вместе со страхом смерти и стала похожа на робота – нет чувств, нет эмоций. Это состояние переросло в гиперэмоциональность. С одной стороны – плевать хотел на разрушение, с другой – не могу привести тело к состоянию безвременья. И к тому же обнаружил у себя страхи, а при этом Мышь думала, что победила все страхи.

• Страх утраты убежища. – Есть, выражается в финансовом страхе.

• Страх потери и разлуки. – Мышь всегда ищет кого-то, кто будет рядом с ней.

• Страх боли. – Мышь боится показаться слабой.

• Страх разрушения тела и уродства (страх гниения). – Мышь всегда сможет отрастить все нужное заново =).

• Страх беспомощности. – Вот здесь Мышь точно боится показаться слабой.

• Страх потери разума, безумия и потери контроля. – Мышь теряла «разум» и «контроль», но всегда оставалась собой.

• Страх потери своей личности, социальной роли, имиджа, уважения, престижа и т. п. – Мышь боится этого.

• Страх потери данных на своем цифровом носителе («комп», ЖЖ, блоги и т. п.). – Страшно, но преодолимо.

ИРА:Хочу сходить в морг.

РУСАЛКА:Вот рассказ одного из ребят, которые когда-то решили сходить в морг, чтобы узнать смерть поближе.

Мы запланировали мероприятие за три дня, и времени на подготовку (навести справки, установить контакты) было крайне мало. Из инвентаря у нас был лишь список моргов. Поскольку в Центральном районе концентрация моргов наибольшая, мы решили их планомерно обойти («В одном пошлют, в другой пойдем»)…

Сначала мы попали в инфекционную больницу, местный сторож оказался не особо сговорчивым:

– В морг можно попасть?

– Зачем?

– На экскурсию.

– Нет, морг закрыт.

– А вообще, в принципе, это реально?

– Нет, сегодня воскресенье и морг закрыт!

И мы потопали в больницу на Литейном. Успешно обойдя проходную, мы без труда нашли морг. Там была задняя дверь и зал выдачи. В зале выдачи нам не понравилось, показалось скучновато, и мы решили постучаться в заднюю. Вышел прилично одетый парень лет тридцати, поинтересовался, чего мы хотим.

– А в морг можно попасть?

– В принципе можно, а зачем вам это надо?

– Для укрепления духа.

– Ну, пойдемте… Только там плохо пахнет.

Там лежали веночки, гробики, прочий инвентарь. Мужик подошел к закрытой на засов двери, снял засов и открыл… Все мои представления о моргах порушились. В небольшой комнатке на столах лежали трупы, почти стопкой, голые, неестественного зеленовато-серого цвета, худые, полуразложившиеся… Увиденное напрочь перебило запах. Я смотрел на все это минуты две, вглядывался в детали, чтобы сознание не вытолкнуло картинку.

– А это все еще вскрывать надо, – сказал экскурсовод.

– А можно ли попасть на вскрытие?

– Вскрытие делает врач.

– Где можно приобрести входные билетики?

– Вам, ребята, надо на Екатерининский, 10, в городской морг: там и утопленники, и огнестрел, и ножевые…

БИЛЛИ:Из старых размышлений Билли о смерти. Случайно нашел в старых записях.

Я видел Смерть, но лично не встречался.

А ведь когда-то в двери постучит.

Мой мир живой, он улыбался,

Но после этой встречи замолчит.

Я до закрытия свожу Ее в кино,

Затем мы в ресторане посидим.

Закажем устриц, белое вино.

Немного посмеемся, помолчим.

На танго страсти приглашу —

Для этого ходил на курсы!

Зубами розу прикушу…

Как совпадают наши вкусы!!!

Хмельные, завалимся в такси,

Поедем вновь ко мне домой.

Глянем комедию по «ДиВиДи»,

В постель в обнимку, на покой.

Не будет секса, игр диких —

Губами глаз моих слегка коснется.

Прошепчет тайны мне Великих —

Тело уснет, душа проснется…

Я спал. Смерть еще долго лежала рядом с моим телом. Водила рукой по волосам и рыдала… Горько рыдала…

СВЕТА:Работаю со страхом смерти с другой стороны. Нынешняя погруженность в культуру позднего средневековья располагает. Раньше одна мысль, что для людей, создавших тот или иной шедевр или даже просто живших в то время, уже давно все закончилось, – повергала меня в ужас и завораживала одновременно… Теперь приближаюсь к этой мысли как можно ближе, «разглядываю» ее, не давая себя напугать… В общем, стараюсь всматриваться в смерть через вещи умерших людей… Один раз, правда, случился казус: надолго зависла над каким-то старинным резным деревянным полотном с надеждой «уловить тени умерших», а вдруг увидела эту деревяшку деревом =). Словом, сказалась тренировка со спичками.

ДЕТЕКТОР:Травма рождения – чувствую долго копать, ПП в помощь.

• Страх утраты убежища. – Именно утраты – нет, а вот не обрести – да, т. к. включаю это в идею самореализации. Плюс, смотря со стороны «мертвого воина», «самореализация» вообще кажется полной чушью, что привело к внутриперсональному конфликту действий и критики своих действий. Ответ решения – в поиске.

• Страх потери и разлуки. – Есть.

• Страх боли, страх разрушения тела и уродства (страх гниения), страх беспомощности. – Как такового страха боли нет, физическая и моральная боль, впрочем, как и любые проблемы, существуют только в определенный момент времени, после чего теряют свою актуальность. Страх разрушения тела, скорее, выражается в страхе беспомощности – потери автономности и самостоятельности с обременением собою близких. Жаль, в РФ эвтаназия запрещена, а так знаю и понимаю, что мы не вечны, и у каждого предмета есть свой срок эксплуатации. Что, как не крути, «скафандр» (тело наше) стареет, и без должного бережного отношения к нему сложно будет завершить то, что предначертано нам. С вопросами физического плана гораздо проще, чем с разумом и душой.

• Страх потери разума, безумия и потери контроля. – Да, есть, как быть? – Даже не знаю.

• Страх потери своей личности, социальной роли, имиджа, уважении, престижа и т. п. – Нет, т. к. в первую очередь, осознаю себя не личностью, а существом, частицей Вселенной, а не отдельным элементом ее. Социальные роли и статусы регулярно меняю, т. к. в поиске себя и того, что действительно нравится, с оглядкой на финансовый момент, т. к. «скафандр» – «храм», а не помойка.

• Страх потери данных на своем цифровом носителе («комп», ЖЖ, блоги и т. п.). – Нет.

На порядок сложнее стало отслеживать жалость к себе и ЧСВ – они возросли и научились маскироваться, какое действие ни возьми и разложи по полочкам, на максимально удаленном уровне найдешь все три ремня.

Сложно описать, но появилось странное, несвойственное восприятие происходящего вокруг: как будто в невидимой сфере ходишь в мире людей или ощущаешь себя игроком в онлайн-мире среди ботов; кхе, интересно, а кто тогда сидит по ту сторону экрана и играет мною? =)


0001630096997700.html
0001662522220912.html

0001630096997700.html
0001662522220912.html
    PR.RU™